Автор статьи профессор, академик РАЕН Леонид Буланов
Пётр Павлович Ершов (1815–1869) — значимая фигура в истории русской литературы XIX века, чьё творчество демонстрирует продуктивное взаимодействие фольклорной традиции и литературной обработки.
Годы жизни и общий контекст творчества
Ершов родился в 1815 году, скончался в 1869 году. Литературная деятельность Ершова пришлась на период активного осмысления «народного начала» в русской культуре: в 1830–1840‑е годы вопросы национальной самобытности, фольклора и языка активно обсуждались в литературных кругах, и именно в этом контексте «Конёк‑Горбунок» приобрёл особую значимость.
«Конёк‑Горбунок»: художественный вклад и специфика
Сказка в стихах «Конёк‑Горбунок» (первое издание — 1834) стала главным произведением Ершова и одним из ключевых текстов русской литературной сказки. В нём автор не просто пересказывает фольклорные сюжеты, а выстраивает сложную художественную систему, где фольклор становится основой для литературной поэтики.
Что именно Ершов показал и реализовал в «Коньке‑Горбунке»:
— Ершов опирается на устойчивые фольклорные мотивы (Иван‑дурак, Жар‑птица, испытания героя, чудесные помощники), но организует их в цельную литературную композицию с продуманной динамикой сюжета и системой образов.
— В тексте последовательно воспроизводится интонация устного сказа, используются разговорные и просторечные элементы, устойчивые формулы и повторы, характерные для народной сказки. При этом Ершов сохраняет авторское начало: ритм, строфику и образность он выстраивает как профессиональный поэт.
— В сказке заметна сатирическая линия, направленная на изображение придворной среды, бюрократии и произвола власти. Эта черта придаёт тексту дополнительную смысловую глубину и объясняет его долгую популярность в разных читательских аудиториях.
— Ершов активно использует народную лексику, фразеологию и синтаксические конструкции, создавая узнаваемый «сказовый» стиль. Это стало важным опытом для последующих авторов, работавших в жанре литературной сказки и ориентированных на народную речь.
Благодаря этим особенностям «Конёк‑Горбунок» занял прочное место в каноне русской детской и юношеской литературы, а также в исследованиях по фольклоризму и поэтике сказки.
Другие произведения и направления творчества
Помимо «Конька‑Горбунка», Ершов создавал тексты в разных жанрах:
— Баллады и лиро‑эпические тексты, например «Сибирский казак» — произведение, в котором заметно стремление соединить народно‑песенную стилистику с литературной балладной формой.
— Драматические опыты, в том числе пьеса «Суворов и станционный смотритель», где Ершов обращается к исторической тематике и бытовым сюжетам.
— Прозаические циклы, например «Осенние вечера» — пример попытки выстроить повествовательную структуру на основе «рассказа в рассказе» и использовать мотивы устной традиции в прозе.
Вклад в международную литературу сводится в первую очередь к «Коньку-Горбунку». Сказка вышла за пределы России и стала частью чужого читательского опыта. Это важный маркер: произведение, опирающееся на русский фольклор и специфическую речевую стихию, смогло заинтересовать аудиторию в разных странах. Для мировой культуры это пример того, как национальная сказка обретает универсальную привлекательность — через сочетание забавного сюжета, ярких образов и узнаваемых человеческих тем (смелость, хитрость, справедливость).
Интерес был устойчивым, но путь текста был непростым. Переводчики сталкивались с серьёзными вызовами: как передать ершовский стиль — разговорную интонацию, просторечия, устойчивые формулы, а главное — сохранить ритм и рифму стиха. В результате появились разные подходы: где-то делали полные стихотворные переводы, а где-то — прозаические пересказы, иногда даже адаптируя текст под локальную аудиторию. Иногда в переводах возникали и курьёзы: например, в одном из японских переводов «Конька-Горбунка» героя в обратном переводе описали как «маленького верблюжонка» — из-за горбиков. На какие языки переводили
английский;
немецкий;
французский;
итальянский;
испанский;
польский;
чешский;
шведский;
японский;
иврит;
языки народов СССР и постсоветского пространства (украинский, белорусский, казахский, татарский и другие).
на английский переводили: Т. Балкова (Little Magic Horse, 1942), Л. Зеликов (The Little Humpbacked Horse, 1957), Уильям С. Уайт (Humpy, 1966), М. Расловлев и К. Расловлева (Hunchy Pony, 1978), Дж. Зайпс (Fearless Ivan and His Faithful Horse Double-Hump, 2018);
на немецкий: Г. Глазенап (Das Zauberpferd, 1900), Мартин Ремане (Das Wunderpferdchen, 1953), Арника Эстерль (Das bucklige Pferdchen, 1987);
на французский: М. Расловлев (Le Petit Poulain Bossu, 1935), Антуанетта Маззи (Le Petit cheval bossu, 1971);
на итальянский: Германа Джакалоне де Парникел (Il Cavallino Gobbo, 1944);
на польский: Ю. Хрыневич (Konik garbusek, 1876), И. Сикирицкий (Konik Garbusek, 1963);
на японский: Кэнсукэ Фукуи.
В англоязычном мире (США, Великобритания) — вышло немало изданий, в том числе адаптированных для детей.
Япония — интерес оказался очень устойчивым: сказку издавали там более 50 раз, по ней ставили спектакли (в том числе с музыкой известного композитора Акиры Ифукубэ).
Страны Восточной Европы (Польша, Чехия, Венгрия) — переводы появлялись регулярно, сказка входила в читательский кругозор.
Страны СНГ и национальные республики — после 1917 года и в советский период активно переводили на языки народов СССР, что тоже расширило географию знакомства с текстом.
За пределами «Конька-Горбунка» его международная известность практически не сложилась. Баллады («Сибирский казак»), драмы или прозаические циклы («Осенние вечера») за рубежом почти не издавались и не изучались. Фокус внимания исследователей и читателей остался привязан к главной сказке.
Академические издания
Отдельного «полного академического» свода до революции не вышло. Но важным шагом стали авторизованные прижизненные издания «Конька-Горбунка». Особенно ценно 5-е издание (1861 год): сам Ершов внёс в него существенные правки и считал эту редакцию окончательной. Именно этот текст потом брали за основу исследователи.
После революции, появились первые по-настоящему научно подготовленные издания с серьёзным аппаратом.
1934 г. (и 1935 г.) — «Конёк-Горбунок» в издательстве «Academia». Общую и художественную редакцию вёл А. Н. Тихонов, текст подготовил, написал предисловие и примечания М. К. Азадовский. Отдельно стоит упомянуть иллюстрации Николая Розенфельда. В примечаниях собрали все разночтения между разными редакциями сказки — это и есть признак академического подхода.
1950 г. — «Сочинения» П. П. Ершова в Омском областном государственном издательстве. Редактором, автором вступительной статьи и комментариев выступил В. Г. Утков. В сборник вошли не только «Конёк-Горбунок», но и другие тексты: драматический анекдот «Суворов и станционный смотритель», отрывок «Фома-кузнец», поэма «Сузге», стихи и эпиграммы. Это был важный шаг к комплексному изучению творчества, а не только сказки.
2005 г. — «Конёк-Горбунок. Избранные произведения и письма» (издательство «Парад», составитель В. П. Зверев). Ключевая особенность: впервые в одном издании собрали не только художественные тексты (поэмы, пьесы, цикл «Осенние вечера»), но и письма Ершова. Это дало новый материал для изучения его как литературного и общественного деятеля.
Биография
Ранние биографические очерки появились уже в XIX веке — например, работа А. К. Ярославцова. В советское время биографические материалы активно дополнялись в рамках академических изданий (как упомянутые выше комментарии Уткова или Зверева). Позже выходили специализированные исследования и сборники статей, где биография рассматривалась в контексте творчества и эпохи.
Издания за рубежом
Отдельно стоит сказать про зарубежные издания. Важно разделить два момента:
Переводы произведений. «Конёк-Горбунок» переводили на множество языков (английский, французский, немецкий, итальянский, чешский и др.). Иногда переводчики были русскими эмигрантами (например, М. С. Расловлев сделал стихотворный перевод на французский, а позже — совместно с сестрой на английский). Встречаются и прозаические пересказы, иногда с адаптацией под локальную культуру.
Академические исследования. Работы зарубежных славистов, посвящённые Ершову (анализ текста, источники сказки, полемика вокруг «пушкинской» гипотезы), тоже публиковались за границей — в журналах, сборниках статей, монографиях.
Путь от отдельных прижизненных изданий до комплексных академических сводов (вроде сборника 2005 года) показал, как менялась задача исследователей: от фиксации текста — к его глубокому анализу, контекстуализации и изучению биографии автора в связке с творчеством.
Автор статьи профессор, академик РАЕН Леонид Буланов
