В августовском номере знаменитого журнала «Наука и Религия» опубликована статья профессора, академика РАЕН Леонида Буланова «Паломничество на остров святых Василия Григоровича-Барского 1726-1727 г.г.»
Книга «По дорогам русского паломника Василия Григоровича-Барского об острове святых Кипр» вышла в январе 2025 года. Это выделенный текст из основной книги Василия Григоровича-Барского «Странствования Василия Григоровича-Барского по святым местам с 1723 по 1747
год». Книга на русском и греческом языках, двух авторов председателя Кипрского отделения ИППО, советника Председателя ИППО, профессора, академика РАЕН — Леонида Буланова и Чрезвычайного и Полномочного Посла РФ в Республике Кипр /1996-2000 гг./ — Георгия Мурадова, книга издана под редакцией Председателя ИППО Сергея Степашина, под эгидой Императорского Православного Палестинского Общества. Книга является международным изданием и описывает паломничество Василия Григоровича-Барского на остров святых Кипр
1726 -1727 гг.
Идя медленно, добрались мы в монастырь Панагия ту Кикку на третий день; игумена не было; братия приняла нас с почестями, и мы задержались там на целую неделю, любуясь красотой обители и святого места. Некоторые называют этот монастырь Киккос, а отсюда и название Панагия ту Кику, то есть Богородица Киккская; он невелик, но превосходен строением и расположением, сооружен из камня, крыши черепичные, на деревянной основе; здания только двухэтажные. Церковь здесь стоит особняком, она не очень большая, но красивая, с одним поднимающимся вверх куполом с окнами; в ширину она такая же, как и в длину, внутри вся расписана ликами святых. Здесь в храме есть икона Пресвятой Девы Богородицы, которая называется Одигитрия: Богородица держит на руках Господа нашего Иисуса как очень милого младенца. Ее самой не видно, она вся покрыта, кроме лица, серебряным окладом. С древних времен и по сей день эта икона славится своими чудесами, и перед ней монахи ежедневно поют молебный канон. Не только жители Кипра, но и жители далеких стран с большим уважением относятся к этой иконе. Церковь имеет три престола, входов же с вратами – пять; трапезная разложена над кельями, и там монахи обедают. Этот монастырь не очень страдает от агарян и не платит большую дань; на церкви есть кресты, а это редко бывает в турецких владениях; это отчасти потому, что монастырь стоит в безлюдном месте, между большими горами, вдали от городов и людей;
но больше потому, что он неизменно пребывает под благодатной опекой Преблагословенной Девы Богородицы. Обитель эта стоит на великой пустоши, на месте высоком, прохладном, и благоприятном месте, как нельзя лучше подходящем для уединенной монашеской жизни. Для монастырских нужд в колодцах собирают дождевую воду, а для питья черпают воду из источника перед монастырскими воротами; эта родниковая вода течет в долину малым ручьем, и лучше ее на всем острове Кипре невозможно найти, потому что она чиста, как хрусталь, и холодна, как лед, аж зубы ломает; она целебна и так добра для желудка, что не только здоровому, но и немощному идет на пользу. Называется этот источник Αγιασμα Παναγιας, то есть Освящение Богородицы, ибо предполагают, что он берет свое начало из-под церковного храма. Одним словом, говоря, всем обитель превосходна, не только местом, строением и святой иконой, но и добрыми монахами – они добродетельные, смиренные, очень гостеприимные и благочестивые; их церковный чин, пение и монастырские обычаи достойны всякой хвалы;
кимвалов у них нет, а только два била, деревянное и железное, с помощью которых созывают монахов. Сада здесь нет, ни внутри, ни за пределами обители, а повсюду вокруг пустоши и высокие горы, где растут только лесные деревья: певги, кедры, платаны, дубы и прочие. Известно же будет, что певгой греки называют сосну, которая растет повсюду, а кипарисы растут хоть и не везде, но во многих странах, кедр же – мало где: сколько довелось мне бродить по земле среди больших гор, нигде не только видеть его, но и слышать о нем мне не случалось. На острове Кипре лишь в одном месте, недалеко от этого монастыря, растет много кедров, и из их дерева сделано много монастырских построек; однажды из любопытства пошел я в безлюдные окрестности монастыря и видел, как кедры растут. Но об этом я скажу в другом месте. Еще более красивые кедры растут на горе Ливан, в пределах Галилейских и Иерусалимских, а о других местах мне слышать не приходилось. Уместно рассказать об иконе, которую написал евангелист Лука, вот некоторые говорят, что ее создал не он, а кто-то другой. Греческие историки рассказывают, что за свою жизнь он написал три разных иконы Пресвятой Богородицы: одна из них
хранится в Малой России, в городе Вильно, и называется Елеуса, на ней Богородица держит Господа Нашего Иисуса Христа на левой руке; другая в Морее, в большой пещере: здесь изображена Богородица во весь рост, и она молится, протянув руки; о третьей пишут, что неизвестно, где она сейчас. В этом монастыре на Кипре монахи хранят летопись, в которой сказано, что здесь она и находится, одна из икон евангелиста Луки, и зовется она Одигитрия. Был когда-то в Константинополе христианский дукс по имени Исакий; случилось его дочери впасть в тяжелый недуг, и не могли ее исцелить, хотя отец раздал много добра врачам. Жил в то время на острове Кипре один добродетельный и праведный старец по имени Исаия; поселился он в пустыне, между горами, в одной пещере, и служил Богу (и ныне есть пещера эта высоко в горах, недалеко от монастыря); и явилась ему во сне Пресвятая Дева Богородица, и сказала: «Иди в Константинополь и повели моим именем, если он хочет, чтобы дочь его поправилась, пусть пошлет мою икону, которую написал евангелист Лука, на Кипр, и пусть построит на месте этом церковь». И показала она старцу место, где ныне стоит монастырь. Отшельник немедленно отправился в Царьград, и известил дукса Исакия, и как только тот дал обет все это сделать, как дочь его встала с одра болезни; и отослал он эту святую икону с великой свитой и почестями из Царьграда на Кипр, в указанное место, и построил небольшую церковь, которая затем благодаря заботе многих ктиторов разрослась в небольшой монастырь; так возник первый на Кипре монастырь Кикос, в котором есть более ста монахов, которые, однако, в нем постоянно не остаются, ибо их рассылают на послушание в метохи, то есть в монастырские подворья, из которых привозят всякую пищу и питье и имеют от них всякие прибытки. Так и доныне эта икона пребывает здесь, прославленная чудесами, и обитель эта, исполненная благодатью, счастливо процветает, и монахи живут здесь в изобилии.
Задержались мы в этой обители, как я уже говорил, на одну неделю, а 19 июня
отправились в монастырь святого Маманта; стоит он от Кикоса на расстоянии одного дня хода или чуть больше. Этот монастырь расположен среди равнины, в живописном месте; с восточной стороны от него горы, с западной – морской берег (на расстоянии одной мили); своим строением он напоминает огороженный город, имеет четыре стены, здания его невысокие, но сам он достаточно просторный; имеет также двое больших ворот, похожих на ворота городские, так что и самая высокая колесница может через них проехать; весь он искусно выстроен из гладко обтесанных, ровных по величине белых камней, как и храм Святой Софии в городе Левкосии, о котором я писал раньше. Церковь Святого Мученика Маманта очень хорошо построена, как никакая другая церковь, принадлежит она христианам, и лучшей не найти на всем Кипре; она достаточно велика по своим размерам,
а внутри ее поддерживают десять больших колонн; здесь есть три престола, как и в предыдущем монастыре, но только в среднем, главном, алтаре совершают литургию; пол красиво устлан каменными плитами; окон в ней более двадцати, дверей – семь, из них самых главных – пять; наверху один высокий купол, и там восемь окон. Церковь воистину всем хороша; в ней на правой стене есть икона святого мученика Маманта и мраморный гроб, в котором, как говорят, есть мощи; другие же уверяют, что нет, и это вероятнее, потому что в турецкой земле о целых мощах в нынешнее время редко приходится слышать. Пусть же будет известно о том, что с его гроба исходит миро, и им мажутся правоверные, и так лечатся от болезней. Церковь стоит особняком посреди монастыря, не прилегая к другим зданиям, вокруг нее, как венец, расположены в несколько ярусов кельи. Обитель эта когда-то, во времена христианства, была богата, и тут было много монахов, ныне же она бедна, и монахов здесь мало, ведь стоит она в селе, среди человеческого шума, недалеко от города, где турки живут вперемешку с христианами и накладывают на монастырь большую дань, завидуя хорошему строению. Однажды агаряне захотели забрать у монахов монастырь и превратить церковь в мечеть для своего поклонения, ведь турки тогда не жили в этом селе, а приходили из города или еще откуда-то по своим делам и иногда отдыхали здесь или ночевали; и поскольку они не имели здесь своего храма, то захотели забрать церковь в свои руки; и, если бы Бог того хотел, так бы и случилось и ныне было бы; но Бог молитвами святого великомученика Маманта не допустил такого бедствия. Игумен этой обители молил агарян, чтобы они не забирали церкви, и обещал построить им другое, новое здание, и соорудил его (Господи, спаси его); так он спас обитель от рук неверных. Здесь мы, поклонившись гробу святого, задержались на полдня, чтобы отдохнуть, и угостил нас игумен трапезой; оттуда мы в тот же день вернулись в уже упомянутый город Левкосию, там мой спутник должен был взять турецкую грамоту, называемой мухуртягата, то есть отъездного письма, без которого никто, ни местный житель, ни чужак, не может покинуть Кипр. Пробыв здесь несколько дней, до конца июня, и взяв у паши отпускную грамоту, мы 3 июля снова отправились в Ларнаку и Аликес, к морской пристани. Здесь же недалеко, за четыре часа хода, на высокой горе стоит
монастырь Святого Креста. Надумали мы совершить труд, пойдя туда на поклонение, но потом мой спутник отказался. Я же, в один из дней, пошел туда один, и сотворил должное поклонение, и задержался на три дня; посетил и другие монастырские места вместе с игуменом этой обители.
Об этом монастыре известно следующее: еще в те времена, когда святая царица Елена обрела в Иерусалиме Животворящий Крест Господень и возвращалась в Константинополь, ее корабль пристал к Кипру; еще издалека, с моря, увидела царица высокую гору и решила взойти на нее, и понравилось ей это место, и построила она храм Воздвижения Честного Креста и небольшой монастырь, потому что места на вершине мало, и, сделав большой крест из дерева, в сажень высотой, она вложила в него немалую часть Христова Креста и оставила на благословение обители, которая до сих пор оберегается силой Всечестного и Животворящего Креста и ее молитвами. Монастырь этот не имеет много зданий: только церковь достаточно пространная в длину и широту, но низкая, хотя и красивая; она имеет два небольших купола, а внутри ее поддерживают шесть колонн; когда-то она имела три престола, а теперь только на среднем совершают литургию; келий в монастыре немного, всего четыре или пять, и те плотно прилегают к церкви. Но место здесь очень красивое, живописное, тихое, безлюдное и прохладное, потому что здесь, на высоте, всегда веет ветер, хотя внизу его нет. Только два монаха находятся здесь постоянно, служа в церкви, а другие сидят по монастырским метохам, под горой, потому что на горе ничего нет, только голые камни и земля, непригодная для
посевов; самое неудобное – нет тут источника воды и потому приходиться собирать и пить дождевую. Под горой, на расстоянии одного поприща есть источник, называемый Агиазмом Святого Креста, но тяжел путь, если носить воду на гору; вода эта очень целебна, особенно для больных. Под горой, с западной стороны есть первый метох этого монастыря, названный именем святой Варвары, поскольку стоит в нем храм Святой Великомученицы Варвары; по размеру он такой же, как и монастырь. Живут там несколько монахов, и там же хранятся все продукты и питье для монастыря, а если что-то нужно, то отсюда несут вверх, в монастырь. Поклонившись в этой обители честному и животворящему древу, задержался я там и в других местах монастыря на три дня, и вернулся снова к своему спутнику; не теряя времени, мы отправились к первой нашей пристани, Лемесо, где задержались на три дня, готовясь к задуманной ранее дороге; потом, найдя французский корабль, который должен был плыть в Александрию, и заплатив полагающееся, сели мы на него и отплыли со славного острова Кипра 18 июля, желая добраться до Александрии, до которой отсюда пятьсот миль.
Переводчик с церковнославянского, со старославянского,
Профессор Леонид Буланов
Продолжение следует…..
